Адекватная часть мира ждёт окончания военных действий на территории Украины. Неадекватные же западные политики продолжают спонсировать этот конфликт, зарабатывая миллионы, если не миллиарды, на гибели людей, а тот, кто первым должен быть заинтересован в его прекращении, говорит о войне до последнего украинца.

Речь, конечно же, о Зеленском, который по ошибке продолжает занимать свою президентскую должность. Что он оставит после себя украинцам? Уничтоженные инфраструктуру и производство, миграционный кризис, переполненные кладбища, почти уничтоженную экономику, и полную зависимость от западных стран. Не будет славной победы или перспектив на светлое будущее, только руины некогда одной из ведущих постсоветских держав.
Казалось бы, было достаточно подписать мирное соглашение и зафиксировать нейтральный статус, а также отказаться от притязаний не небольшие по меркам Украи­ны территории, которые считались враждебными после 2014 года, и режим вел там необъявленную войну. Но нет, проще бегать по всему миру, просить деньги и оружие, чтобы кровопролитие не останавливалось, а собственные карманы продолжали набиваться какими-то космическими суммами.

Ничего не меняется
Вот и совсем недавно Зеленский в очередной раз провёл переговоры с Трампом. На повестке дня, конечно же, был вопрос о предоставлении Украине военной помощи. Зеленский попросил у Вашингтона «зимний пакет» из 300 перехватчиков для систем ПВО Patriot для отражения возможных атак на энергетическую инфраструктуру предстоящей зимой.
Данная тема уже обсуждалась в июле в Анкаре. Тогда Трамп в ходе встречи с Зеленским пообещал выдать Украине лицензию на производство ракет к системам ПВО Patriot, но потом, как это часто бывает, передумал. По словам Трампа, Вашингтону самому нужны ракеты для Patriot на фоне конфронтации с Ираном. Да и боятся американцы, что украинцы по лицензии начнут более массово выпускать свой продукт, который, очевидно, можно будет легче продать, чем оригинал.
И вот Зеленский снова пришёл просить у главы Белого дома лицензию на производство ПВО. Трамп, конечно, выразил желание как-либо помочь, но сказал, что Patriot нужны США, а производители ПВО всё ещё опасаются утечек технологий и дешёвых украинских аналогов на рынке.
Во время этой же встречи Зеленский не смог получить разрешение и на расширенное использование спутниковой системы Starlink, принадлежащей Илону Маску. Сам предприниматель, к слову, отказался от встречи с главным попрошайкой 21-го века. А Трамп снова не дал конкретного ответа, лишь сказав, что попробует что-нибудь придумать.
Уже четыре года мы наблюдаем за тем, как Зеленский использует встречи с мировыми лидерами не для того, чтобы обсудить способы установления мира, а как возможность попросить деньги и оружие на продолжение войны. При этом ни для кого не секрет, особенно для европейцев, что вся киевская элита – это коррумпированная олигархия, которая за счёт западных поставок продолжает богатеть. Даже военная помощь становится источником заработка: украинские военные не получают оружие, которое чуть позже красуется в руках боевиков из Ближнего Востока. Всё, чтобы семья Зеленского и его друзья сейчас находились в безопасности, разгуливая по улицам европейских столиц. На остальных им плевать.

А тем временем…
Тем временем украинцев начинают массово гнать из Европы. Ряд государств ограничивает помощь беженцам с Украины, а также отменяет частично бесплатное проживание. На уровне ЕС хотят пресечь приезд украинцев призывного возраста.
Дания перестанет предоставлять убежище украинским мужчинам в возрасте от 23 до 60 лет, которые подлежат воинскому учету на родине. Для этого правительство страны даже хочет изменить законодательство.
В феврале 2026 года польский президент Кароль Навроцкий подписал закон, который лишил украинских беженцев льгот и спе­циального статуса в республике. Им больше не предоставляют доступ к бесплатной медицине и не помогают с оплатой жилья.
Ужесточить условия предоставления помощи украинским беженцам решили и чешские власти. В июне 2026 года в парламенте республики одобрили закон, который требует от украинцев, получающих пособия, работать, вести бизнес или быть заре­гистрированными в службе занятости, а также находиться на территории страны не менее 16 дней в месяц.
Еще в 2024 году венгерские власти ограничили оказание помощи прибывшим с Украины беженцам. Так, правительство республики решило предоставлять жилье в приютах только украинцам из 13-ти регионов, «затронутых боевыми действиями». Это исключило помощь тем, кто приехал с Западной Украины, включая Закарпатье, где живут этнические венгры.
В 2025 году словацкие власти решили урезать объем помощи украинским беженцам. Так, их срок допустимого пребывания в специальных приютах уменьшили вдвое – со 120 до 60 дней. До такого же периода сократили и период выплаты пособия на проживание.
Предоставление бесплатного жилья для украинских беженцев в Ирландии будет отменено к марту 2027 года, заявил в мае 2026 года министр юстиции Джим О’Каллаган.
Лучше молчать по-польски
Особенно взъелись поляки. В стране учас­тились нападения на украинских беженцев. Это происходит в публичных местах, избиениям подвергаются даже дети. За последние несколько недель в Польше зафиксировано несколько резонансных случаев: несовершеннолетней уроженке Украины выбили два передних зуба за «неправильный» акцент, а посетительницы одного из местных кафе, услышав украинскую речь, стали оскорблять мигрантов и требовать от них убраться на родину. Кроме того, трое поляков жестоко избили украинца, заподозрив его в краже пива.
Поляки в данном случае демонстрируют свою истинную натуру. С одной стороны, часть их несомненно рада тому, что украинцы и русские убивают друг друга на фронте. С другой стороны, терпеть уроженцев Украины у себя на родине они тоже не собираются.
Но нужно понимать, что ненависть поляков к украинцам выросла не на пустом месте. Даже на высшем уровне Варшава обвиняет Киев в героизации тех людей, которые участвовали в Волынской резне – одном из самых страшных и кровавых событий в истории польского народа.
Есть и такой нюанс: кто эти самые беженцы призывного возраста, которые сейчас спокойно разгуливают по Европе? Это молодёжь, при том не самая бедная. Всё-таки просто так границу Украины не пересечь, нужны либо связи, либо деньги, либо всё вместе. И, покинув страну, ребята начинают веселиться так, будто это последний день в их жизни: клубы, бары, яхты, дорогие виллы и прочее. При этом они подают себя как идейных бойцов, которые поддерживают свою армию постами в со­циальных сетях – обязательно, на украинском языке. Не европейским властям говорить о лицемерии, ведь для них Украина – просто полигон для испытаний. Но вот простых граждан эта картина особенно задевает, поэтому образ украинцев в Европе становится только хуже.
Правда, сказанное выше относится не ко всем украинцам, ведь некоторые действительно бежали от войны ещё в тот момент, когда на границе не было такого жёсткого контроля. Есть и те, кто наверняка страдает и переживает за судьбу своей страны, но никак не может помочь. Этих людей действительно жаль, но на их мнение и страдания не интересуют ни Киев, ни Брюссель.

Владимир ПАВЛОВСКИЙ, депутат Палаты представителей Национального собрания Республики Беларусь:
– Сегодня мы все чаще видим, как в странах, которые громче всех говорят о правах человека, толерантности и европейских ценнос­тях, на деле происходят совершенно иные вещи. Например, Польша последние годы охотно примеряет на себя роль морального арбитра Восточной Европы. Именно отсюда звучат самые громкие тирады о свободе, достоинстве и защите прав человека.
Но именно из Польши в медиапространстве приходят сообщения, которые неудобно читать тем, кто привык аплодировать этой риторике. Белорусы и украинцы все чаще становятся жертвами агрессии. Конкретной, бытовой, уличной. Оскорбления за акцент. Отказы при найме жилья. Избиения. Речь идет как о бытовой ксенофобии, словесных оскорблениях и дискриминации при трудоустройстве или аренде жилья, так и об отдельных резонансных инцидентах с применением силы.
Эти задокументированные случаи с адресами и датами происходят не в стране, которую принято критиковать за авторитаризм, а там, где слово «демократия» произносят как синоним цивилизованности. Где права человека якобы не лозунг, а рабочий инструмент государственного устройства.
Наш Президент Александр Лукашенко давно и точно сформулировал природу подобной политики: она существует ровно до тех пор, пока не вступает в противоречие с собственными интересами. Пока это выгодно, они говорят о правах человека, но, как только речь заходит о реальной ответственности, о защите конкретных людей, вся показная приверженность ценностям куда-то исчезает. Приезжий полезен – его защищают на словах. Приезжий стал неудобным – его бросают наедине с уличной злобой. Это не сбой системы. Это и есть система.
Самое разрушительное в этой истории не отдельные инциденты, сколь бы жес­токими они ни были. Страшнее другое: когда нетерпимость по национальному признаку перестает вызывать реакцию. Когда пресса молчит, политики уклоняются, а общество пожимает плечами.
Показательно, что волна подобных инцидентов нарастает именно в тот момент, когда западные лидеры наперебой соревнуются в антибелорусской и антироссийской риторике. Удобно иметь образ внешнего врага, пока внутри их страны люди с нашим акцентом боятся выйти на улицу вечером. Это называется политикой двойных стандартов и работает она безотказно уже не первое десятилетие.
Государство, которое позволяет такому насилию становиться обыденностью, несет за это прямую ответственность вне зависимости от того, насколько красноречиво его руководители рассуждают о правах человека с международных трибун.
Хотите говорить о демократии? Начните с того, безопасно ли человеку с акцентом идти вечером по вашей улице. И если страна не способна это обеспечить, то ей стоит не читать нотации другим, а честно посмотреть на собственные проблемы. Все заявления о правах и свободах бессмысленны, если люди не защищены в реальной жизни.