ArabicBelarusianChinese (Simplified)DutchEnglishFrenchGermanItalianPortugueseRussianSpanish

В память о талантливом ученом, об уроженце Чаусского района Викторе Зубове


Дата: 25.09.2020 | Просмотров: 194

Тех, кто ехал в том поезде, монотонный перестук колес не убаюкивал. Ведь конечная остановка ничего хорошего не предвещала: фашисты гнали эшелон на запад, и все готовились к худшему. Сколько людей уже было отправлено в немецкое рабство из Орловщины за два года оккупации. Выходит, и их черед настал…

В товарном вагоне, где ехали в основном женщины и дети, было душно. Хотелось пить и есть. 10-летняя Людмилка испуганно жалась к матери. А вот маленький Витя безмятежно спал у нее на руках. Ведь ему пока было неведомо слово «война». Под утро поезд затормозил. Вдруг сквозь щели дощатого вагона на здании полустанка высветилось знакомое название, и женщина бросилась к конвоиру: «Пан, тут близко мой дом, отпусти!..» Не надеялась на чудо, но оно случилось – тот открыл дверь и жестом указал на выход. Идя по перрону, она ждала автоматной очереди в спину, ведь кругом столько немцев… Однако все обошлось. Видимо, были тогда у Всевышнего на них свои планы. И, добираясь затем пешком от Горок до Чаус, к тому времени уже освобожденных от немецко-фашистских захватчиков, она молила Его за спасение.

Вот только в родительском доме мою бабушку Нину Викторовну с детьми встретили голые стены – без крыши и полов. Но ее отец, вернувшийся из беженцев, потихоньку начал восстанавливать жилье, разбирая в ближайшем лесу немецкие блиндажи. Наконец кое-как обустроились. Нина все время ждала вестей от мужа Михаила – майора Красной Армии. В начале 40-х годов ей, как офицерской жене, пришлось разделить его участь, выехав в город Рыльск Курской области. Там и родился сын Витя. А потом – мобилизация на фронт.

Тогда Михаил Петрович и отправил семью к своей матери, в Орловскую область. И вот они снова на родине. А где сейчас он? Из редких фронтовых писем много ли узнаешь… Но встретиться с любимым супругом было уже не суждено. Прошлую счастливую жизнь перечеркнул серый казенный бланк, констатировавший его гибель во время освободительных боев на территории Витебщины.

Война и безвременная потеря отца фактически лишили Виктора детства. Ведь его семье, как и множеству других в то время, приходилось выживать в трудных условиях. Благо, за полученные по аттестату мужа деньги удалось купить в Мстиславле корову-кормилицу, куда Нина Викторовна ходила за ней пешком. Огород в первый послевоенный год засеяли картофельными очистками, на которых проклюнулись ростки. Выручали грибы-ягоды, для печи заготавливали в лесу хворост. Впрочем, тогда почти все так жили. Главное, радовались, что наконец-то под мирным небом…

Витя рос любознательным и шустрым пареньком. Особенно ему нравилось читать, а еще – возиться с разными детальками-проводками. Однажды из проволоки смастерил «переговорное устройство», общаясь по нему через забор с соседскими мальчишками. Всегда что-то выпиливал, выжигал на дощечках. Частенько рылся в инструментах деда, который, наблюдая за занятиями внука, недовольно ворчал: «И кто из него вырастет, Нина?» Но мать увлечения сына поощряла. А как гордилась им, когда, будучи старшеклассником, тот собрал настоящий радиоприемник…

После окончания десятилетки в 1957 году Виктор поступил в техническое училище №4 г.Могилева и вскоре стал работать столяром в Чаусском ремонтно-промышленном предприятии. А потом его призвали в ряды Советской Армии. Целых три года отслужил парень на Северном флоте. Вернулся домой с благодарностью от командования и пока еще туманными представлениями о своем будущем. Но здесь, надо сказать, большую роль сыграл совет его бывшего школьного учителя Бичукова, который еще в годы учебы заметил у парня большие способности к математике: «Даже не раздумывай, это твое». И Виктор рискнул, блестяще сдав вступительные экзамены в Могилевский педагогический институт. Так начались студенческие будни на физико-математическом факультете, наполненные учебой, интересным досугом, спортом и… первой влюбленностью. Замечательные, неповторимые годы…

Учиться Виктору было легко, ведь он оказался, можно сказать, в своей стихии. Будучи пятикурсником, даже стал героем одной из заметок в местной прессе, где ему желали успехов на будущем учительском поприще. Но не работа в школе прельщала Виктора Зубова, получившего в скором времени, по окончании института, диплом с отличием. Ему хотелось учиться дальше, заниматься научной деятельностью. Первым рабочим местом подающего надежды выпускника стала кафедра высшей математики Могилевского машиностроительного института в должности ассистента, а уже через год он поступил в аспирантуру ИМ Академии наук БССР. Защитив в 1971 году кандидатскую диссертацию, Виктор Михайлович вернулся в Могилевский машиностроительный институт, где вначале работал старшим преподавателем, а затем исполняющим обязанности доцента кафедры высшей математики.

Мне, тогда еще школьнице, вспоминаются, как праздник, приезды дяди Вити с семьей в отпуск. Большую часть времени он, конечно, посвящал хозяйственным делам: то подлатать бабушке крышу на доме, то навести порядок в сарае, заготовить дров. Но, выбираясь на рыбалку или в лес за грибами (что он очень любил), часто брал с собой и нас с братом. Я помню эти незабываемые дни в палатке на берегу Прони, кипящую в котелке ароматную уху, черничные поляны в Боровском лесу…

Но в жизни не всегда все по плану. Виктору Михайловичу Зубову светила в Могилеве блестящая карьера. Однако по семейным обстоятельствам уже через два года он уехал в Сибирь, где работал в Омском политехническом университете в должности старшего преподавателя кафедры высшей математики. Вот только все время тянуло назад, на родину. И, вопреки всем обстоятельствам, он снова вернулся в Беларусь, на этот раз избрав местом жительства Новополоцк, а работы – местный политехнический институт (ныне Полоцкий государственный университет). Кстати, очень много времени в те годы мой дядя посвятил поискам места захоронения своего отца, зачастую используя в качестве транспорта велосипед. Бывал на братских могилах, запрашивал архивные сведения, разговаривал с местными жителями. Правда, выбитой на гранитной плите родной фамилии так нигде и не нашел…

Отработав один год в должности старшего преподавателя кафедры высшей математики, в 1975 году Виктор Михайлович был избран на должность доцента, а вскоре назначен заведующим этой же кафедрой. Но через 4 года от этой должности отказался по собственному желанию и работал доцентом кафедры высшей математики (впоследствии кафедры математического анализа и дифференциальных уравнений) до конца своей жизни.
…А она оборвалась так рано и внезапно. Виктору Михайловичу тогда не было и 62 лет. Еще за день до смерти он принимал у студентов экзамен, а утром, 22 июня 2002 года, выбрался в лес: как раз начался черничный сезон. Там, в окрестностях Новополоцка, через сутки его и нашли. Рядом стояло полное ведерко спелых ягод. Врачи констатировали смерть от сердечной недостаточности. Стандартный в наше время диагноз, в который не вписываются, к сожалению, личные обстоятельства, что укорачивают порой наш путь в этом и так скоротечном мире…

Люди уходят, но память остается. Вот как отзываются о Викторе Михайловиче Зубове его коллеги: «Он сочетал в себе талант блестящего педагога и математика, всегда имел высокий авторитет у студентов и сотрудников нашего университета. Был разносторонним человеком, увлекался астрономией, философскими проблемами мироздания. Серьезно занимался как научными исследованиями по теории линейного функционального анализа и дифференциальных операторов, так и проблемами методического обеспечения процесса обучения математике. Большое внимание уделял содержанию и методике преподавания материала. Лекции Виктора Михайловича отличались научностью, доступностью, оригинальностью подобранных примеров прикладного содержания. Приятная внешность, яркие личные качества и хорошая дикция дополняли его лекторское мастерство. Он был очень ранимым, тонким, глубоко порядочным, интеллигентным человеком, которого отличали высокий профессионализм, широкая математическая эрудиция.

Виктор Михайлович уважительно и внимательно относился к студентам, мог красиво донести до них «трудную» математику, показать силу математического аппарата, его возможности в различных приложениях. Молодым педагогам он всегда говорил: «Любите студентов, и все получится». Для нашей кафедры его уход до сих пор остается невосполнимой утратой. Тихий, скромный, интеллигентный, высококвалифицированный, очень грамотный математик, он пользовался непререкаемым авторитетом у коллег, всегда мог поддержать и направить в сложной ситуации. Виктор Михайлович никогда не переставал заниматься научными исследованиями, и после смерти в его архиве была найдена готовая докторская диссертация, которую так и не успел защитить. Он служил математике и студентам. Оставленная им в наследство на кафедре богатая математическая библиотека и сейчас помогает молодым аспирантам и преподавателям в научных исследованиях. Его обаятельная улыбка, чистый, добродушный, умный взгляд всегда живут в наших сердцах вместе со светлой памятью о его огромном вкладе в становление кафедры, его участии в наших судьбах».

…А в моей памяти он навсегда останется любящим сыном, который души не чаял в моей бабушке и приезжал по первому ее зову, заботливым дядей, баловавшим малолетних племянников подарками даже со скромной студенческой стипендии, наставником по жизни, чьи неназойливые советы и сейчас помогают в трудных ситуациях. И еще – лириком в душе. Он любил поэзию. А я читала и его собственные стихи, о существовании которых вряд ли кто знает. Но мне повезло.

В этом году, 4 ноября, ему бы исполнилось 80 лет. К сожалению, каждому отмерен свой жизненный путь, и не нам, смертным, решать, долгим ли он будет. Главное – как он пройден.
Наталья КОЛЕСНИКОВА